Страница 1 из 11
> Форум » Наши электронные ресурсы (Молодые писатели Оренбуржья) » Прозаики » Ольга Поконова
Ольга Поконова
ЦОЮ-БиблиотекаДата: Вторник, 19.06.2012, 09:06 | Сообщение # 1
Ученый
Группа: Администраторы
Сообщений: 743
Репутация: 0
Статус: Offline
Самородок из Оренбургской глубинки
Стройно пел в кустах соловушек,
Но не для меня...
Пел, высиживая детушек
До Петрова дня.
Мне же пела нужда горькая,
Пела весь мой век.
Как живёт в нужде и мается
Бедный человек!
А.П.Кузнецов.

Жить моему пращуру Ананию Павловичу Кузнецову довелось в конце XIX — первой трети XX века, то есть в самые страшные, переломные для России годы. За свою жизнь он собрал богатейший фольклорный, этнографический материал Оренбуржья и прилегающих областей. Помимо прочего, он был еще и писателем, публицистом, поэтом.

Детство
А.П. Кузнецов родился в Подгородней Покровке в октябре 1859 г. в семье крестьянина-кузнеца (отсюда и фамилия!). Мать умерла вскоре после родов, и отец Павел Фёдорович женился во второй раз. «Анисья Семёновна была хорошая женщина: пасынка и мужниных племянников она любила, как родных детей. Таким хорошим качеством она обладала, вероятно, потому, что была грамотная и религиозная женщина», — писал о себе в третьем лице в автобиографии Ананий Павлович.

Когда «малютка Анаша» подрос, мачеха купила букварь и на досуге, как говорится, «ушивками-урывками» начала знакомить его с грамотой. Но сколько дел у сельской жительницы! «Сынка Анашу» сочли за лучшее отдать «в школу» к николаевскому солдату Лукьянчикову. Человек он был суровый, и потому больше занимался «муштровкой», а не обучением. Дети выходили из его школы забитыми, запуганными и в лучшем случае умели читать только «по складам».

Семейное хозяйство Кузнецовых составляли лошади, корова, да и надел в четыре десятины, которые были получены при рождении в семье мальчика. Однако в один год Ананий потерял и мать, и отца, оставшись сиротой на опекунском попечении. Опекуны попались хваткие и быстро прибрали хозяйство к рукам, а сироту пустили по миру.

«По разным вертепам»
В 7 лет Ананий выучился читать псалтырь. Он ходил по покойникам и получал по три рубля. Это были большие деньги. А когда мальчику исполнилось десять лет, дед определил его в Оренбург прислуживать в чайной. Деньги не платили, но кормили и одевали. Работа была не пыльной: Ананий подносил посетителям чай в чайниках.

Четыре года он провёл в Оренбурге, прислуживая «по разным вертепам»: харчевням, трактирам, ренсковым погребам и другим заведениям. «Путоловская харчевня, или просто «Путоловка», — вспоминал позже Ананий Павлович, — представляла из себя в полном смысле слова трущобу. Здесь творилось все: и разгул, и разврат, и буйство, и грабёж, и мошенничество, и жульничество, и сбыт, и покупка краденых вещей, и тому подобные прелести. Здесь можно было встретить... всех друзей и врагов человечества, от которых без всякого затруднения можно было чему-либо научиться». Конечно, легче в таких условиях было научиться дурному, но Ананий Павлович упорно занимался самообразованием, выучил Закон Божий, четыре правила арифметики, изучал историю государства Российского, запоем читал художественную литературу.

В ренсковом погребе, где он был слугой по виноделию (помогал хозяину фальсифицировать виноградные иностранные и русские вина), Ананий Павлович познакомился с известным публицистом Семёном Михайловичем Пономарёвым. После чего и осмелился выступить в литературе, на первый раз в качестве корреспондента газеты «Оренбургский листок».

Народный корреспондент
«Он возвращается в сельский мир, — пишет в статье об Анании Кузнецове журналист Владимир Одноралов, — сначала в качестве книгоноши, а позже, чтобы стать крестьянином среднего достатка, которому журналистика и писательство обеспечивали некоторую материальную поддержку». Ананий Павлович долгое время книгоношествовал в Оренбургской, Самарской и Уфимской губерниях и Уральской области. Им собрано множество народных сказок, преданий, легенд, пословиц, поговорок. Одних только песен, преимущественно с голоса, Ананий записал более семисот. Продавая книги, он, конечно же, сам их читал, занимаясь самообразованием на протяжении всей своей жизни.

В деревнях, через которые пролегал маршрут книгоноши, он ходил на игрища, вечеринки, посиделки, засидки, свадьбы, гульбища, крестины, похороны и поминки. Бывал в кабаках, трактирах, рабочих и промысловых артелях, часто оказывался среди бродяг и отъявленных негодяев, и тут же, на месте, записывал всё, что его интересовало.

«Песенного материала у меня много. Весь этот материал у меня хранится на отдельных лоскутах бумаги. Посылать его Вам в таком виде неудобно, да и мне убыточно, потому что я извлекаю из него некоторую пользу для себя: по временам я пишу для местных газет этнографические очерки и получаю за них плату в размере двух-трёх копеек за строку», — писал А.П. Кузнецов петербургскому издателю П.В. Шейну.

Значительная доля творчества Анания Павловича — это чистейшей воды журналистика. Его информации, корреспонденции, очерки и эссе о быте и нравах наших земляков уходящего XIX и наступающего XX века печатались в дореволюционных изданиях: газетах «Оренбургский листок», «Оренбургская газета», «Степной край» и многих других.

Сам того не замечая, он становится «народным» корреспондентом. В своих корреспонденциях, очерках, этнографических зарисовках он никогда не «теплохладен», в них всегда явно всё то, что он приветствует и любит, над чем посмеивается, о чём тревожится, что огорчает его, чего он совершенно не принимает совестью и всем сердцем крестьянина-христианина. Его радует и благовременный дождь, и достаточный урожай, и достойные цены на плоды нелёгкого труда земледельца, и верный поступок доброго человека, и такое положение, в котором «труженик наш и хранитель» находит отдохновение, покой и защиту. Он холодеет сердцем, и явная боль сквозит сквозь его строки, описывающие беду, тупость сильных мира сего, произвол притеснителей с толстой мошной. Но чаще и больше всего его тревожат и огорчают слабости, глупости, заблуждения вековые самого крестьянина, селянина, кормильца земли русской, — главного героя его, вечного его подзащитного (каковым, впрочем, и сам он себя сознавал).

Семьянин
В Покровку Ананий Павлович приехал в девяностых годах. Женился на дочери дворянина урядника Ивукова, стал сельским писарем и занялся сельским хозяйством. У Кузнецова было шесть сыновей и три дочери.

«В течение двух лет я находился в борьбе за существование, в погоне за куском хлеба для своей семьи и для осиротевших детей (мальчика одиннадцати лет, девочки четырёх лет), оставшихся после умерших родственников. Сейчас переживаю новое горе, причинённое мне смертью другого родственника - двоюродного брата, оставившего почти без всяких средств шестерых детей при слабом здоровьишке матери (хотелось бы и этим сиротам помочь, да не знаю, хватит ли силы)», — сетовал он в письме П.В. Шейну. Сам оставшись сиротой, Ананий Павлович пытался обогреть душевным теплом своих племянников.

Бахчевод
Хлеб сеять и собирать Кузнецов не имел возможности, и потому специализировался на выращивании бахчевых культур. «... Я, как бахчевод, занимающийся разведением растений уже много лет и приобретший значительный опыт в деле, предлагаю настоящее руководство к полевой культуре дынь, арбузов, тыкв и огурцов», — написано в предисловии брошюрки «Бахчеводство», которая в 1915 г. вышла в Петербурге приложением к журналу «Прогрессивное садоводство и огородничество». За неё Ананий Павлович получил гонорар в размере 40 рублей.

А после 1921 г. был голод. «Соседи даже людей ели, зазывали на ночёвку и съедали. Страшные годы были, - писала об отце Татьяна Ананьевна в письме моему деду, внуку Анания Павловича Кузнецова литератору Геннадию Хомутову. — Отец уже ничего не сеял. То сети вязал, то щётки делал из конского хвоста. Продаст... и на кусок хлеба».

Сельский просветитель
Более ста лет назад на территории Оренбургской губернии действовали комитеты попечительства о народной трезвости. П.П. Словохотов и А.П.Кузнецов своей деятельностью способствовали благим намерениям этой организации: «По воскресеньям и праздничным дням устраивают здесь народные чтения с "туманными картинами". Крестьяне чтениями очень интересуются и охотно их посещают... Чтениями в Покровке интеллигенция совсем не интересуется и не принимает в них никакого участия. Если б не г.г. Словохотов и Кузнецов, то, по всей вероятности, их пришлось бы закрыть», — писала газета того времени. А. П. Кузнецов как заведующий местной комитетской библиотекой читал лекции о нашествии татар на Русь, о Куликовской битве, о Ермаке — покорителе Сибири, о деяниях царя-освободителя Александра II.

«Печальная судьба отца и сына...»
В 30-е годы Ананий Кузнецов продолжал писать стихи о колхозной жизни, о голоде 1933г. Стихи ходили в списках, их распространяли дети Кузнецова - Алексей и Сергей. Может быть, это и стало причиной ареста А.П.Кузнецова.

15 февраля 1938 г. А.П. Кузнецов вместе с сыном Сергеем оказался в застенках НКВД, а 21 февраля 1938 г. их расстреляли. Алексея арестовали позже (в 1940г.) и осудили по 58 статье к лишению свободы сроком на 10 лет. Почти весь литературный архив А.П. Кузнецова после ареста был утрачен.

В 1989 г. А.П. Кузнецова полностью реабилитировали за отсутствием события преступления. За 17 лет после реабилитации проделана огромная работа по собиранию и систематизации литературного наследия талантливого оренбургского самородка. Её провели доктора наук Алла Георгиевна Прокофьева, Галина Павловна Матвиевская, Юрий Спиридонович Зобов, краевед Татьяна Владимировна Судоргина и многие другие.

Газета «Вечерний Оренбург» более 14 лет, с самого начала своего существования, регулярно печатала очерки, статьи, рассказы Анания Павловича Кузнецова, возвращая читателям утраченное имя и произведения талантливого оренбургского самородка.

Литературный альманах «Гостиный Двор» с первого номера регулярно печатал его рассказы, очерки, стихи, статьи, сказки, фельетоны, извлеченные из архивов Академии наук СССР, из личных архивов, старых газет и журналов, не доступных массовому читателю.

Творчеству А.П. Кузнецова посвящены работы профессоров Н.В. Новикова, Ю.С. Зобова, А.Г. Прокофьевой, А.И. Лазарева; кандидатов наук Т.Н. Скопинцевой, ТА. Пузанёвой; писателей П.Н. Краснова, В.И. Одноралова.

В наши дни наконец труды Анания Павловича становятся доступными массовому читателю. В калужском издательстве «Золотая аллея», наконец-то, вышла в свет долгожданная книга А.П. Кузнецова «Этнографические очерки», которая несёт в себе запах, вкус и цвет эпохи. Это бесценное сокровище не только Оренбуржья, но и всего русского народа.

Фактически А.П. Кузнецов, как писал Ю.Зобов, первый в Оренбургской губернии исследователь крестьянской жизни. А книга его, увидевшая наконец-то свет, — своеобразная энциклопедия дореволюционного крестьянства.
 
ЦОЮ-БиблиотекаДата: Четверг, 09.08.2012, 08:57 | Сообщение # 2
Ученый
Группа: Администраторы
Сообщений: 743
Репутация: 0
Статус: Offline
БАБА ГАНЯ, СПАСШАЯ РОССИЮ

Неподалёку от меня, на Маяке, в небольшом стареньком домике живёт Агафья Фроловна Дмитриева, баба Ганя, как её зовут соседи. В этом году ей исполнилось 96 лет.

Целая эпоха со всеми катаклизмами — революциями, войнами и переворотами — за плечами у этой удивительной женщины. Родилась ещё при царе. Краснознамённые всполохи Октябрьской революции встретила пятилетним ребёнком. Вместе со страной пережила страшные, голодные тридцатые, сороковые-роковые и послевоенные годы... Передо мной сидит маленькая, сухонькая, уже почти ослепшая старушка, вся жизнь которой, по сути, является настоящей живой историей моей страны. Она вспоминает самые яркие события жизни, и из невидящих глаз её беззвучно текут слёзы...

— Отца-то не помню, погиб он ещё в Первую мировую. Одна мама нас воспитывала. Я старшая, с меня и спрос особый. В десять лет уже сама пряла и ткала, шила одежду себе и сестрёнкам с братом. Как сейчас помню свою первую длинную, до самого пола рубашку.

Подпояшешься, да так и ходишь. С пятнадцати лет работала овцеводом с пяти утра и до десяти ночи. Ровно десять годков пронянчила овечек. Объягнится какая овца ночью, надо не упустить: на улице зима, вьюга, ягнёнок не выдержит мороза. Прижмёшь к себе ягнёночка и домой тащишь. Недели две пока подрастают, дома держишь. Бывало, сразу несколько овец за ночь принесут ягнят, так и бегаешь всю ночь то с ягненком, то с материнским молоком для них. А надо ведь ещё и взрослым корм наготовить, всех напоить. Так и крутишься весь день, какая уж там учёба...

В восемнадцати лет Агафья вышла замуж. Трудно назвать безоблачной и её семейную жизнь. На четверых (двое детей в молодой семье было — Володя и Машенька) давали один пуд муки (16 кг). По тем временам и это считалось хорошо, колхоз был передовым, а муж — человек уважаемый, на тракторе работал. Но и это счастье простой русской женщины длилось недолго, в 41-ом мужа забрали на фронт. Осиротела Агафья с детьми. Лишились кормильца, а значит, рассчитывать приходилось только на себя.

— Чтобы как-то прокормить детей, — вспоминает Агафья Фроловна, — приходилось работать с утра до ночи. Сначала свинаркой — адский это труд. Поди, потаскай весь день огромные баки с кормами или с водой. Там-то я и начала от напряжения терять зрение. Потом в поле работала — с раннего утра и дотемна. Зато в конце дня стакан муки дадут, иногда пшеницу или другую крупу. Прибежишь вечером домой, сваришь похлёбку на троих — уже хорошо.

Огород, правда, был. Картошку, капусту сажала. Но налоги весь урожай съедали. Если картошка уродилась — 20 пудов отдай, у кого корова - 200 литров молока, килограммов пять масла. А как с дровами трудно-то было! Дня два собираешь в лесу палки, неделю просишь у бригадира лошадь с телегой. Привезёшь, а палки тонкие, быстро горят, и опять без дров сидишь. Сама-то ладно, всю зиму в лаптях пробегаешь, а детей жалко — мёрзли. Хорошо, у нас ещё у всех фуфайки были, от мужа остались, а то помёрзли бы все наверняка...

Агафья Фроловна Дмитриева награждена медалью «Ветеран труда». За трудовые заслуги ей в колхозе подарили пуховую шаль. Женщина гордится наградой и подарком, но искренно считает, что ничего героического в этой жизни не совершила: «Я что, жила как все, за жизнь боролась...».

Сегодня у бабы Гани много правнуков и праправнуков. Они любят и часто навещают её. К сожалению, не так часто навещают её работники социальных служб. «Посулили прийти год или два назад, да пропали. А крыша то рвётся» - сетует баба Ганя. Всё, что могла отдать государству труженица - отдано. А проявляет ли государство такую же заботу? Знает ли оно о том, что не хватает пенсии вдове солдата сегодня? Когда складывали свои молодые головы советские солдаты, защищая Родину, они знали, что кроме них этого никто не сделает. Я думаю, что солдаты были уверены, что их семьи государство в беде не оставит.

Она и тысячи её сверстниц боролись за существование, а в результате выжила Россия. Богатеет государство, лучше становится жизнь, а на её обочине доживает свой век так и оставшаяся безграмотной простая русская женщина, в век компьютеров и космонавтики.
 
> Форум » Наши электронные ресурсы (Молодые писатели Оренбуржья) » Прозаики » Ольга Поконова
Страница 1 из 11
Поиск: